Тел.: (496) 519-17-77, (903) 187-22-71

E-mail: vostexpress98@yandex.ru

  • Сегодня: Воскресенье 24 Сентебря 2018 00:58

ВОСТОЧНЫЙ ЭКСПРЕСС Новости Ногинска и Электростали

Обыкновенное утро Агафьи Михайловны

 

Раннее зимнее утро. На улице темно. В окно комнаты сквозь шторы пробивается лунный свет.

Агафья Михайловна – пожилая женщина, лет шестидесяти, проснулась и встала с постели. Она тихо подошла к кровати внука, спавшего вместе с ней в одной комнате, укрыла одеялом, которое сбилось за ночь к ногам, прислушалась в его ровному дыханию и, убедившись, что тот крепко спит, присела у окна.
В доме зажигались огни, люди собирались на работу. Вспомнилось ей, как она по утрам спешила на работу…
…Наспех перекусив, бежала на скотный двор. Там ее встречал теплый застоявшийся воздух, пропитанный запахом навоза и коров. Переодевшись и перекинувшись несколькими словами с подругами-доярками, она направлялась к своей группе коров. Животные встречали ее радостным беспокойством и мычанием.
Подойдя к ним, Агафья Михайловна проверяла кормушки, чистоту и свежесть подстилки, для каждой коровы говорила ее потаенное слово. А они обласканные вниманием и приветливыми словами, успокаивались. После обхода раздавала свежее сено, подметала, убирала грязь, меняла подстилку, и только потом начинала готовиться к дойке.
Делала она это старательно: растирала руки, смазывала их маслом, чтобы не было на ладонях шероховатости, вызывающих раздражение во время дойки. Брала теплую воду, приятную для рук, мягкую чистую тряпку и шла к своим любимицам.
Дойку начинала с Петрушки – наиболее спокойной из всех коров группы. Молока она давала много, но не всегда выдаивалась до конца. Чувствовала Петрушка настроение. Не любила, когда к ней подходила возбужденной. Поэтому прежде, чем начать ее доить, необходимо самой успокоиться, обласкать, поворошить сено в кормушке. Только тогда можно было к ней подсесть, вымыть теплой водой вымя, вытирая тряпкой, делать массаж, как бы продолжая его, начать доить.
Первые струи молока вызывали чувство радости, а запах пьянил своим ароматом. Начинались самые счастливые минуты работы. Петрушка, видимо, понимала это, вслушиваясь в звуки бьющихся струй молока.
Сначала звуки были резкие и повторялись редко. Затем частота повтора начинала равномерно увеличиваться и, дойдя до определенного ритма, останавливалась на нем. С увеличением частоты резкость звуков утихала. Ведро постепенно наполнялось: молоко белое, пышное поднималось, как живое существо, и успокаивалось, когда кончалась дойка. Под конец ритм струй начинал уменьшаться. И вот последняя из них шелестящее вошла в пенящееся молоко, и все закончилось. Перед тем, как уйти от Петрушки Агафья Михайловна благодарила ее за то, что полностью отдала молоко.
Так начинался рабочий день.
Часто в эти ранние утренние часы вспоминалось самое памятное: особенно военные и послевоенные годы. Остались в совхозе одни женщины и забракованные мужики. Женщины пахали лошадьми землю, выращивали и собирали урожай, отвозили его на приемный пункт. Истощенные от постоянного недоедания и тяжелой работы, они не считались со временем и своим здоровьем, самозабвенно отдавали все, что могли для победы над врагом.
А дома ждали голодные дети и холод. Придя с работы, не раздеваясь, начинала готовить скудный ужин и, накормив ребят, укладывала их спать. И сама, вконец обессиленная, засыпала, съев остатки еды. Сон частично восстанавливал силы, но об этом не думалось. Утром опять на работу – в поле, на скотный двор. Особенно было тяжко, когда приходила похоронка.
В тот вечер в доме безраздельно господствовало горе. Рушились надежды, будущее пугало неизвестностью, а настоящее – безвыходностью положения. И только прижавшиеся маленькие комочки своим теплом поддерживали огонь жизни. Проголосив с детьми всю ночь напролет, утром шла на работу. Днем на людях, в работе горе отпускало, а вечером напоминало с еще большей силой. Так проходили день за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем – до тех пор, пока горе не притупилось или захлестывалось другими событиями или же оно навещало подругу, и тогда, позабыв о своем, помогала подруге в этой безмерной беде.
…Понемногу спадало оцепенение, в котором находилась все это время. Душа понемногу оттаивала, и будущее не казалось уже таким мрачным. В дни несчастий держались общей работой и детьми.

Виктор МОРОЗОВ,
г. Ногинск

Оставить комментарий